Уйгун. Хуррият (пьеса)

Категория: Драматургия Опубликовано: 19.09.2012

Уйгун (1905-1990)

ХУРРИЯТ

Пьеса


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Хуррият — председатель колхоза, 35 лет.
Рихсибай — ее муж, 37 лет.
Анар — их дочь, 18 лет.
Ишан-ака — дядя Рихсибая, 65 лет.
Низамхан — его сын, 25 лет.
Xайдар — агроном, парторг, 60 лет.
Джаббаров — секретарь райкома, 50 лет.
Касым-ака — бывший председатель колхоза, 55 лет.
Надира — его дочь, 18 лет.
Аббас — секретарь правления, 40 лет.
Тутыхон — его жена, 38 лет.
Огулхон — бригадир, трактористка, 35 лет.
3ухра — колхозница, 37 лет.
Дондык — колхозница, 36 лет.
Каримджан — тракторист, 22 лет.
Аскар 45 лет.
Пулатджан 40 лет колхозники
Саибджан 35 лет.
Xалбай 50 лет.


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Светлая и просторная гостиная в новом доме Хурриятхон. Прямо — дверь, ведущая в другие комнаты, слева — на кухню, справа — на крыльцо. Окна, занавешенные тюлевыми гардинами. Комната хорошо обставлена, на стенах и на полу ковры. Начало января. Поздний вечер. Горят электрические лампочки. При поднятии занавеса на диване, нахмурившись, сидит Ишан-ака. Через несколько мгновений входит Рихсибай.

Рихсибай
Что с вами, дядя? Почему вы так быстро ушли?

Ишан-ака
Надоели мне эти собрания... Устал...

Рихсибай
(смеясь)
Что, критика не понравилась?

Ишан-ака
Эта ведьма, бухгалтерша, тоже выступала?

Рихсибай
А как же! . . Она и вас задела, вспомнила о каких-то актах. Утверждала, что они фиктивные. . .

Ишан-ака
Гм. . . Если так, пожалуй, лучше уйти из колхоза.

Рихсибай
Пустяки! Не обращайте внимания, ничего худого не
случится. Ведь теперь председатель свой человек!

Ишан-ака
Говорят, если беда поселилась в твоем доме,
бежать от нее некуда!

Рихсибай
Вы недовольны тем, что ваша невестка стала
председателем?

Ишан-ака
А ты доволен?

Рихсибай
Конечно. Теперь все будет в наших руках:
и выгодная работа, и деньги, и слава!

Ишан-ака
Говорят, бешеная собака кусает своего хозяина.
Вот твоя жена заняла высокий пост, и я опасаюсь,
дорогой мой племянничек, не очутился бы ты под ее
башмаком!

Рихсибай
Что вы! Она же безобидна, как горлинка, и кротка,
как ягненок! Не беспокойтесь, дядя, председательствовать
будет она, а дела вести будем мы! Пусть только
попробует отступить от начертанной мною линии!

Ишан-ака
Она уже давно отступила от твоей линии!

Рихсибай
Как? Что-нибудь случилось?

Ишан-ака
Как видно, свадьбы не будет... жена твоя не согласна...

Рихсибай
(облегченно)
А... вы об этом...

Ишан-ака
Ты же знаешь, я приехал сюда с надеждой женить
моего единственного сына.

Рихсибай
Свадьба состоится! Я обещал вам выдать свою дочь
за Низамхана и выдам, можете быть уверены!
А пока что, дядя, давайте сварим плов!
Скоро явится наш новоизбранный председатель и,
конечно, приведет с собой гостей. Вы тут нарежьте
лук и морковь, а я быстренько сбегаю в магазин,
куплю каких-нибудь сладостей.

Ишан-ака
Ладно, племянничек, плов мы сварим...
Больше нам ничего не остается...
(cо вздохом)
Да, теперь мы с тобой будем готовить обеды...
стирать белье... мыть полы... убирать комнату...
Весело!

Рихсибай
Э, не впадайте в панику, дядя!

Ишан-ака
Нет уж, когда жена становится большим человеком,
для мужа это несчастье! Ни покоя, ни домашнего уюта!..
Вот увидишь, теперь пойдут заседания правления...
райком... собрания, актив, съезды, конференции и
тому подобная белиберда... Можешь считать,
племянничек, что твоя жена выскользнула из твоих рук!
Как только женщина почувствует себя выше своего мужа,
она норовит оборвать поводья.

Рихсибай
Э, ничего, не оборвет! Для всех она председатель,
а для меня только жена!

Ишан-ака
Да, племянничек, если не хочешь осрамиться перед
всем миром, будь тверд с нею.
(после паузы)
Да, между прочим... Теперь она будет работать
в правлении вместе с Аббасханом?

Рихсибай
Не знаю. Наверно!

Ишан-ака
Вот это мне не нравится.
(уходит на кухню)
Рихсибай стоит задумавшись. С улицы входит Дондык.

Дондык
(иронически)
Здравствуйте! А где же ваш хозяин?

Рихсибай
(сердито)
У меня нет хозяина, душенька!

Дондык
(засмеявшись)
Зачем сердиться? Если ваша жена стала председателем —
значит, она будет и вашим хозяином. Теперь вам придется
лезть за ней в огонь и вылезать из пепла, мой храбрец!

Рихсибай
Бросьте ваши шутки, Дондыкхон!

Дондык
Вы же всегда любили шутки! А теперь они вам не нравятся?

Рихсибай
Вы опять вспоминаете старое?

Дондык
Это старое для меня всегда будет новым.

Рихсибай
Вы сумасшедшая!

Дондык
Это вы свели меня с ума.
(Мечтательно)
Помните ту весну?
И лунную ночь... на берегу реки...

Рихсибай
(тихо)
Это было ошибкой юности.

Дондык
(печально)
А эта ошибка унесла у меня все — и счастье,
и все мои мечты... Тогда я была семнадцатилетней
девушкой, и все были без ума от моей красоты.
А теперь мне уже тридцать пять. И все называют
меня старой девой...

Рихсибай
Ну в этом вы сами виноваты! Вышли бы замуж,
и все было бы в порядке.

Дондык
За кого же я могла выйти, кроме вас?

Рихсибай
Вы хотите обвинить меня?

Дондык
Нет, нет, милый мой! Я сама во всем виновата.
Вернее, виновата моя первая любовь. Это она не
позволила мне выйти замуж за другого. Когда-то я
замышляла убить вас, отравить, но от этого
удержала меня та же любовь.

Рихсибай
(взволнованно)
Смотрите, чтобы никто не узнал об этом!

Дондык
Не бойтесь. Я никому и ничего не расскажу.
Ведь я все еще люблю вас. Все еще не теряю надежды.

Рихсибай
(прерывая ее)
Молчите, Дондык, молчите!

Дондык
(продолжает)
Хурриятхон, взмахнув крыльями, поднялась ввысь.
Теперь она будет парить высоко в небе. А вы,
так же как и я, несчастная, останетесь на земле.
И я... я хочу верить, что вы вернетесь ко мне.

Рихсибай
Не говорите о таких ужасных вещах!

Дондык
(с горечью)
Ужасных!.. Вы еще не знаете о самом ужасном!

Рихсибай
О чем?

Дондык
Я... я... убила нашего ребенка...

Рихсибай
(взволнованно)
Убила ребенка?

Дондык
Да... Ему было только три дня, когда я его
похоронила... У меня не было другого выхода...
Позора я не перенесла бы...
(После паузы)
Эх, Хурриятхон, подружка моя! Бессовестная! Убийца!
Воровка! Это она украла у меня моего любимого,
это она погубила моего ребенка! Я ненавижу ее!

Рихсибай
(растерявшись)
Нет, Дондык, она не виновата... Она ничего не знала...
Во всем виноват я... только я... О ребенке вы
мне ничего не сказали... А теперь что же делать?
Что прошло — травой поросло.

Дондык
(грустно)
Да, поросло травой... И могила его тоже поросла травой...
(неожиданно яростно)
Ну нет, пока я не отомщу, сердце мое не успокоится!

Рихсибай
(испуганно)
Тише, тише, Дондык! Тише! Люди услышат!
Мы еще поговорим об этом в другом месте, в другой раз...
А сейчас, простите... я... я должен сбегать в магазин
кое-что купить. Вы не уходите. Скоро придет Хурриятхон.
Я сейчас...
(быстро уходит)
Дондык садится на диван и тихо плачет. Входит Ишан-ака.

Ишан-ака
(ехидно улыбаясь, тихо)
Не плачьте.

Дондык
(быстро вскакивает и поспешно вытирает слезы)
Ах, смерть моя!

Ишан-ака
Не бойтесь. Никому не скажу!
Разглашать чужую тайну — грех!
Да, жаль, очень жаль... племянник мой был слеп...
Отвернулся от своего счастья...

Дондык
Не говорите так, Ишан-ака!

Ишан-ака
Я тоже ненавижу Хуррият! Мы с ней разные люди.
Мне все время кажется, что она в чем-то подозревает меня.

Дондык
Может быть... Ведь, говорят, вы убили жену?

Ишан-ака
Да, кто убивает жену, а кто ребенка...

Дондык
(в ужасе)
О боже...

Ишан-ака
(усмехаясь)
Я стоял за дверью и все слышал... Чего вы испугались?
Я же сказал: никому ничего не скажу. Разве можно
болтать о таких вещах? Если люди узнают об этом,
вы будете опозорены на весь мир! Вам будут плевать
в лицо, вас насмерть забьют камнями!

Дондык
(умоляюще)
Милый Ишан-ака, пусть все останется здесь, между нами.

Ишан-ака
О моем деле знают все.
(желчно)
Тогда были другие времена... Моя жена хотела сбросить
паранджу, и я в гневе убил ее. А теперь я вернулся
из ссылки, страданиями искупив свою вину. Разве я
стал бы убивать жену в нынешние времена? Да я
носил бы ее на руках, клянусь всемогущим аллахом!
(похотливо рассматривая Дондык)
Особенно, если бы она была такой красавицей, как вы!

Дондык
(испугавшись)
Не говорите так, Ишан-ака, это грешно.
Ведь я прихожусь вам почти невесткой!

Ишан-ака
Ничего, весь грех я беру на себя...
Имейте в виду, я строю себе хороший дом в городе...
И вы... вы можете стать хозяйкой этого дома...

Дондык
(умоляюще)
Дяденька, милый, не мучайте меня! Я боюсь вас...

Ишан-ака
(хмуро)
Гм... Странно... Почему-то все женщины боятся меня.
(Переменив тон)
Да, вот ты сказала, что будешь мстить.
Правильно, мсти. Постарайся испортить отношения
между Рихсибаем и Хур-рият, вот и добьешься своего!

Дондык
(испугавшись)
Нет, нет! Ни за что! Я не могу разрушить чужую семью!
Все, что я говорила, — неправда.

Ишан-ака
Не бойся, глупая, я тебе помогу. Ты верь мне,
я же обещал хранить твою тайну. Впрочем, мы еще
поговорим об этом...
(уходит)
Несколько мгновений Дондык сидит неподвижно, затем подходит к зеркалу и приводит себя в порядок. Торопливо входит Низам-хан. На нем клетчатый пиджак, пестрая рубашка, чересчур узкие брюки, волосы взлохмачены.

Низамхан
А, ападжан, вы здесь?
(Достает из кармана серьги)
Красивые серьги?

Дондык
Очень красивые.

Низамхан
Это для Анархон!

Дондык
Вот как... А когда же свадьба?

Низамхан
Не знаю... Все зависит от папы!

Дондык
А Анархон любит вас?

Низамхан
Что за вопрос? Если я вздумаю жениться на ней,
неужели она станет капризничать? За такого человека,
как я, любая пойдет без оглядки!
(разглядывая себя в зеркале)
В городе осталось по меньшей мере две дюжины девушек,
по уши влюбленных в меня! А я даже не обращал внимания
на их вздохи. Удивительное дело, почему-то я не люблю
девчат! Если бы не отец, который во что бы то ни стало
хочет меня женить, я всю жизнь прожил бы холостяком.
Да-да, это он привез меня в кишлак, не считаясь с
моими желаниями. А там, в городе, я мог бы поступить
в театр и играть главные роли.

Дондык
А вы знакомы с артистами?

Низамхан
Еще бы! Все народные артисты мои друзья!
И все они восхищаются моим талантом!
А здесь я всего-навсего руководитель кружка
самодеятельности. Да, между прочим, почему вы
не участвуете в нашем кружке? Говорят, у вас
очень хороший голос! Мы могли бы организовать
такой ансамбль песни и пляски — всем на удивление!
Я привез из района дутар, танбур, най, рубаб,
бубен. На бубне я сам играю.
В дверях показывается Ишан-ака.

Ишан-ака
Ну-ка, сынок, отложи свой бубен! Иди на кухню
и возьмись за самовар!

Низамхан
(удивленно)
Я? За самовар?

Ишан-ака
(желчно)
Да, именно ты!
(Уходит)

Низамхан
Вот тебе и раз! Руководитель кружка художественной
самодеятельности должен ставить самовар!
А как это делают?

Дондык
(смеясь)
Пойдемте, я вам помогу!
Вдвоем уходят на кухню. После паузы с улицы входят Анархон и Надира.

Надира
Я совсем растерялась, не знаю даже, как быть...
Если бы мама была жива...
(плачет)

Анар
Не расстраивайся, подружка, не надо! Расскажи лучше,
что случилось?

Надира
Ты же знаешь моего отца... Он очень вспыльчив.
Пришел с собрания туча тучей, а я в это время
;готовила уроки. Вдруг он накинулся на меня и начал
кричать: «Довольно, брось книжки, кончай с учебой!
Ты уже взрослая, тебе пора замуж!»
(Плача)
Он хочет выдать меня за Ташпулата.

Анар
(рассмеявшись)
Это за того, у которого «очаровательные глаза»?

Надира
Ну да, за этого косоглазого.
Анар смеется.
Не смейся, подружка. Это совсем не смешно.

Анар
(смеясь)
На днях я столкнулась с этим красавцем на улице...
Я хотела дать ему пройти и отстранилась влево,
он тоже шагнул влево; я вправо, он — тоже вправо.
Я ему говорю: «Что это за шутки?» А он отвечает:
«Простите, я хотел пройти между вами».
(хохочет)
Бедняга, ему показалось, что нас двое!

Надира
Нет, все равно я буду учиться. Окончу школу, уеду
в город... Поступлю в институт... стану агрономом!

Анар
Правильно, Надирахон, учись! Никто, даже
твой отец, не сумеет помешать тебе стать агрономом!
Поговори с моей мамой, она поможет! Ведь теперь моя
мама стала важной особой!

Надира
Я говорила отцу: расскажу, мол, Хуррият-апа.
А он грозит, что убьет меня.

Анар
Ничего он не сделает! Прошли те времена,
когда женщин убивали ни за что ни про что!

Надира
Ну а ты кем решила стать?

Анар
Вот окончу школу и буду трактористкой!

Надира
Значит, как твоя мама?

Анар
Да, но я хочу перегнать ее! Буду работать и учиться.
Сначала стану техником, потом инженером!
«Инженер Анархон Рихсиева!» Хорошо звучит?

Надира
Очень хорошо!

Анар
Ты агроном, а я инженер! Вот здорово!

Надира
Очень! Лишь бы сбылось все это!
(загрустила)
Но мой отец... да еще тот косоглазый...

Анар
А ты не думай о них!
(тихо)
А знаешь, кто будет учить меня водить трактор?..
Каримджан!

Надира
(смеясь)
А Низамхан-ака не будет ревновать?

Анар
Пусть он сначала женится на мне, а потом уж
и ревнует! Между прочим, нет такой дуры,
которая вышла бы за него замуж.

Надира
А если тебя заставит отец?

Анар
Как это он может меня заставить?

Надира
Ты не боишься своего отца?

Анар
Никого я не боюсь!

Надира
Ты смелая! А я вот боюсь...

Анар
Ты тоже будь смелой!
(Понизив голос)
Знаешь, Каримджан уже два года сохнет. ..

Надира
Признался?

Анар
Нет! Но я догадываюсь.

Надира
А ты?

Анар
(смеясь)
Я? Не знаю...
Как по-твоему, подруженька, хорошо?

Надира
Очень!

Анар
Только ты никому не говори! Это секрет!

Надира
Ладно, не скажу!
Они, обнявшись, смеются. Входит Каримджан с корзинкой в руках.

Каримждан
(указывая на корзинку)
Ваш отец прислал... просил передать.

Анар
(приняв корзинку, ставит ее в сторону)
Са-дитесь.

Каримджан
Спасибо, я пойду...

Анар
Да посидите же немножко... Не торопитесь...
Каримджан покорно садится на диван.

Каримджан
Как поживаете, Надирахон?

Надира
Благодарю. Это правда, что вы совсем приехали
к нам в колхоз? Мы очень, очень рады!

Каримджан
Да, правда...
(Смеясь)
Все довольны, кроме Анархон.

Анар
(кокетливо)
Без намеков, молодой человек!
Весь в саже входит Низамхан.

Низамхан
Уф! Оказывается, это очень трудное дело —
поставить самовар!

Анар
(смеется)
Вы весь в саже!

Низамхан
(посмотрев в зеркало)
Ах, даже брови себе опалил!
Все смеются.

Анар
Не только брови, но и волосы!

Низамхан
(огорченно)
Это все из-за папы! Каримджан, будьте другом,
пойдите на кухню, помогите моему отцу!

Каримджан
(быстро встает)
Есть пойти на кухню помочь вашему отцу!

Анар
(каримджану)
Сидите, сидите!
(Низамхану)
Как вам не стыдно заставлять работать гостя?

Низамхан
Гостя? А кто его звал?

Каримджан
(смущенно)
В самом деле, лучше я уйду.

Анар
А я вам сказала — сидите!
(Низамхану)
Кто звал? Я! И какое это имеет значение?
Подумаешь, раз в жизни с грехом пополам поставили
самовар и возгордились! Пойдем, Надирахон,
мы всё сделаем сами! А вы, Каримджан, не уходите.
(улыбаясь)
У нас еще будет серьезный разговор.
Девушки уходят на кухню.

Низамхан
(встревоженно)
Серьезный разговор? О чем?

Каримджан
Не знаю... Анархон хочет, чтобы я научил ее водить
трактор. Вероятно, об этом и хочет поговорить.

Низамхан
(возмущенно)
Как?! Она хочет стать трактористкой?!

Каримджан
(улыбаясь)
Похоже, что так...

Низамхан
Вот тебе раз!
Каримджан смеется.
Чему вы смеетесь?

Каримджан
Смеюсь над вашими брюками, уж очень они узкие!

Низамхан
(хвастливо)
Последний крик моды! Советую и вам заказать себе
такие же! Шик!

Каримджан
(продолжая смеяться)
Нет уж! Нашему брату нужны брюки пошире...
В таких дудочках на трактор не полезешь — лопнут.

Низамхан
Ну как хотите!
(Включает радиоприемник, настраивает, раздаются
звуки джазовой музыки. Пританцовывает.)

Каримджан
Ну и ну.
(хохочет)
Молодец!

Низамхан
Правда, здорово? Это джаз!

Каримджан
Вы были точь-в-точь похожи на припадочного
во время приступа!

Низамхан
(выключает радиоприемник)
На припадочного? Молодой человек, вы абсолютно
ничего не понимаете в искусстве!

Каримджан
(улыбаясь)
Совершенно верно. Единственное, что я умею, —
это играть на нае.

Низамхан
(не веря)
Вы! На нае?! Интересно! Вы же тракторист!

Каримджан
А кто вам сказал, что тракторист не может играть на нае?

Низамхан
(радостно)
Черт возьми, ведь я ищу именно такого человека,
который умеет играть на нае. Завтра же приходите в
клуб, будете играть в оркестре!

Каримджан
(улыбаясь)
Посмотрим!

Низамхан
И, пожалуйста, не вздумайте исполнять просьбу Анархон!
Не учите ее водить трактор.
Каримджан
Почему?

Низамхан
Я не намерен иметь жену трактористку!
У других жены будут пахнуть духами,
а от моей будет вонять керосином!
Я не выношу запаха керосина!

Каримджан
(удивленно)
Вы сказали, что Анархон будет вашей женой?

Низамхан
Да, будет. И очень скоро...

Каримджан
(вставая)
Вот как? Интересно... А я... я-то думал...
(уходит)

Низамхан
Эй, послушайте, куда же вы? Что же это такое?

Анархон!
(идет на кухню)
Через некоторое время с улицы входят, разговаривая между собой, Хуррият,
Джаббаров, Хайдар.

Xуррият
Прошу! Садитесь, пожалуйста!

Джаббаров
Спасибо.
(садится на диван)
Самое главное, Хурриятхон, будьте смелее! Не робейте!

Хуррият
Навалили на мои плечи такое огромное хозяйство,
да еще советуете не робеть.

Джаббаров
(смеясь)
А почему вы нас упрекаете? Не мы же выбрали вас
председателем, народ выбрал!

Хуррият
Вот как! Порекомендовали голосовать за меня —
и в кусты? Вам смешно, а каково мне?..
Когда объявили, что я избрана председателем колхоза,
у меня в глазах потемнело, все поджилки задрожали!

Хайдар
(смеясь)
Эге, ну и храброго же человека выбрали мы председателем!

Хуррият
Откуда у меня взяться храбрости, Хайдар-ака?
Вы же знаете, я ужасная трусиха! Я ни с кем не
могу говорить круто, не умею настаивать на своем,
и вообще на что я годна? Какой из меня председатель?!

Xайдар
Пять лет тому назад, когда вас выбрали звеньевой,
вы так же робели, говорили, что не справитесь.
А что получилось? Чье звено заняло первое место?
Ваше! А еще прибедняетесь — я, мол, ни на что не годна!

Хуррият
Звено — это одно, а колхоз — совсем другое. В звене
я засевала хлопчатник на семи гектарах, а в колхозе
надо засевать на двух тысячах. И кроме того,
кукуруза... люцерна... сады... виноградники...
А еще животноводство... шелководство... овощи...
А какое строительство! Когда я думаю об этом,
голова кругом идет! Нет, нет, я не справлюсь!

Джаббаров
Ну-ну, только без паники! Вы же мастер по
хлопководству, знакомы с техникой... Передовик..:
молодая... энергичная... Кому же руководить колхозом,
как не таким, как вы?

Хайдар
(смеясь)
Вот именно, в самую точку! А если ко всем этим
замечательным качествам добавить еще чуточку
смелости, все будет в порядке!

Хуррият
(засмеявшись)
Похоже, вы все-таки взвалите председательство
на мои плечи!

Джаббаров
Да ведь оно уже на ваших плечах! Вас выбрали,
чего же еще? Вы лучше подумайте, ханум, как
ту самую энергию, которую вы проявили в звене,
теперь проявить на посту председателя!

Xуррият
А вы поможете?

Джаббаров
Двери райкома всегда открыты! И советую вам
крепко держаться за Хайдара-ака. Как секретарь
парторганизации и агроном, он вам поможет во всем.
И вообще — не бойтесь, мы вас не оставим одну.
Входит Рихсибай с корзинкой в руках.

Рихсибай
Э, ассалам алейкум! Добро пожаловать, дорогие гости!

Джаббаров
Спасибо.
(к Хуррият, указывая на Рихсибая)
Я думаю, ваш муж тоже вам поможет. Ведь когда-то и он
был председателем — знает, как вести колхозные дела.

Рихсибай
Конечно, помогу! Не допущу, чтобы моей Хурриятхон
пришлось краснеть перед людьми. Честное слово,
я был на седьмом небе от радости, когда ее выбрали
председателем! Спасибо, товарищ Джаббаров!

Джаббаров
(улыбаясь)
Скажите спасибо народу!

Рихсибай
И народу спасибо, и вам!

Джаббаров
(поднимаясь)
Ну, кажется, всё. Теперь можно ехать.

Хуррият
Как же это? Куда вы поедете? Уже поздно,
а до района далеко. Останьтесь у нас,
переночуете, а завтра отправитесь.

Джаббаров
Нет, я не в район...
Хочу съездить к вашим соседям, в колхоз «Заря».
(улыбаясь)
Вот так-то, председатель...
У меня ведь тоже имеются кое-какие обязанности.

Рихсибай
Ну, по крайней мере поужинайте с нами!

Джаббаров
Благодарю, но, право же, нужно торопиться.
Ведь в «Заре» ждут.

Xуррият
Ну что же, очень, очень жаль. Но вы все-таки
приезжайте почаще! Не забывайте нас!
Хайдар и Рихсибай уходят провожать Джаббарова. Хуррият остается в комнате.
Из кухни выходит Анар с засученными рукавами и в фартуке.

Анар
Ах, мамочка, вы уже пришли?
(Со смехом обнимает мать)
Сегодня вы очень задержались, товарищ председатель!
Устали, да?

Хуррият
(садясь на диван)
Устала, доченька, очень устала.

Анар
Трудно вам будет, мамочка?

Хуррият
Очень трудно.

Анар
Теперь вам снова придется учиться?

Хуррият
Да, доченька, придется. Для председателя колхоза
десятилетнего образования маловато.

Анар
У вас тяжело на душе?

Хуррият
Не то чтобы тяжело... смутно как-то... Растерялась я.

Анар
И у меня тоже смутно...

Хуррият
Ау тебя-то почему?

Анар
(после паузы)
Скажите, когда же наконец уедут от нас дядя с сыном?
Разве они не могут жить в другом месте?

Хуррият
(гладит ее по голове, тихо)
Отец твой не хочет.

Анар
Я терпеть не могу Низамхана...

Хуррият
Не говори так, доченька... Ведь он твой родственник.

Анар
Тем более он должен вести себя прилично.
Кто ему позволил хозяйничать в нашем доме?
Кто ему позволил прогонять моего гостя?

Хуррият
Прогонять твоего гостя? Кого же именно?

Анар
(смущенно)
Каримджана...

Хуррият
(улыбнувшись)
А, Каримджана! Да, он хороший парень...

Анар
(радостно)
Вы и вправду так думаете, мамочка?

Хуррият
Конечно.
Анар припадает к груди матери, плачет.
Ты плачешь? О чем, глупышка?

Анар
(утирает слезы, улыбается)
Не знаю... А вы... Почему у вас на глазах слезы?

Хуррият
(утирая слезы)
Радуюсь, что ты стала взрослой, вот и прослезилась...
Обнявшись, сидят молча. Входит Надира.

Надира
Здравствуйте, Хуррият-апа!

Хуррият
А, Надирахон, ты тоже здесь?
Ну, как живешь, как учишься?

Надира
Ничего, неплохо... но... только...
(не может дальше говорить, плачет)

Хуррият
(с улыбкой)
Ну вот и у тебя глаза на мокром месте...
(серьезно)
Что случилось?

Анар
Отец ей запретил учиться!

Хуррият
(качает головой)
Вот ведь... Ну ничего, не волнуйся, я поговорю с ним.
Из кухни входит Дондык.

Дондык
Можно?

Хуррият
(обнимает Дондык)
Дондык, милая, вы тоже у нас?

Дондык
Если бы вы знали, как я рада за вас, подружка!
Вы счастливая женщина!

Хуррият
Не знаю...

Дондык
Нет-нет, не спорьте! Конечно, счастливая.
Не так-то часто женщина удостаивается такой высокой
чести! Подумать только, вы — председательница!
Входит, явно раздраженный Касым-ака. Все ему низко кланяются.

Хуррият
(растерянно)
Проходите, председатель...

Касым-ака
Хм-м... председатель... Вы что, смеетесь надо мной?

Хуррият
Простите, привыкла... Прошу, садитесь!

Касым-ака
Нет надобности!
(Надире)
Ты тут зачем?!
Пришла жаловаться на меня новому председателю?
Убирайся!
Надира быстро уходит.
Предупреждаю: вы, Хурриятхон, председатель только
в колхозе. Но не вмешивайтесь в мои семейные дела!
Не сбивайте с толку мою дочь!

Хуррият
Напрасно вы так говорите, Касым-ака... Ведь я...

Касым-ака
(перебивая Хуррият)
Что «я»?! Мало вам того, что вы осрамили меня?!
Теперь взялись за мою дочь?!

Анар
Моя мама никого не осрамила! Моя мама...

Касым-ака
(прерывает Анар)
Молчать! Ты что, хочешь учить меня?
Ступай играй в куклы! Соплячка!
Анар и Дондык быстро уходят.

Хуррият
Не кричите, Касым-ака. Что я сделала вам плохого?

Касым-ака
Что сделала? И ты еще спрашиваешь?! Когда я поставил
колхоз на ноги, ты отняла у меня пост председателя!

Хуррият
Отняла?! Я? Но ведь меня выбрали против моей воли!

Касым-ака
Ах, бедняжка! Ее насильно заставили быть председателем!
У-у, хитрая лиса!

Хуррият
(почти плача)
Что это значит?

Касым-ака
Ничего, не прыгай слишком высоко, уважаемая,
а то и голову сломать недолго! Подумаешь, председатель!
(уходит, со злостью хлопнув дверью)

Хуррият
Нет, лучше умереть, чем быть председателем...
(опускается на диван, плачет)
Входит Дондык.

Дондык
Не отчаивайтесь, дорогая! Мужчины таковы, все они злые!

Хуррият
(плачет)
Боже мой, да разве я смогу справиться с ними?!
Разве я смогу ими руководить?
С шумом входят Огулхон, Зухра, Тутыхон.

Огулхон
(кричит из передней)
Эй, кто-нибудь есть в доме?! Стол накрыт?
Плов приготовлен? Вот мы явились!

Зухра
Ийе. Председатель наш плачет! В чем дело?

Дондык
Приходил Касым-ака и обидел ее.

Огулхон
Ах, бессовестный! С коня слез, а седло оставить
не хочет! Ничего. Не обращай внимания, председатель!
Мы проучим его!

Хуррият
Такого оскорбления никогда... ни от кого не слыхала...
До чего я дожила...
(Плачет)

Огулхон
Вот тебе и раз! Слезы?! Этого еще не хватало!
Ты что, хочешь осрамить все женское сословие?!

Хуррият
Ты не слышала, что он говорил...

Огулхон
Ну его, пусть болтает, что ему вздумается.
Не распускай нюни! Подними голову! Покажи свою силу!
Утри нос всем этим гордым петухам, желающим
насмехаться над женщинами!

Зухра
(торопливо)
Всем до единого! Сколько есть на свете мужчин, всех,
всех надо проучить как следует.

Тутыхон
Вай, зачем же так строго!
Из-за одного Касыма-ака нельзя охаивать всех мужчин!
И вообще, что плохого они вам сделали?

Зухра
Унижают они нас, моя дорогая, унижают!
На языке у них свобода и равенство, а на деле что?!
Среди них есть и такие, которые были бы рады снова
надеть на нас паранджу и запереть в четырех стенах!
Да что говорить! Они считают зазорным для себя сидеть
рядом с нами! А на улице они норовят идти хотя бы на
три шага впереди нас! Да, да, милая моя!
Мне ли не знать?! Вай, мой муженек тоже таков!
Смех.

Тутыхон
Уж вы, Зухрахон, пожалуйста, не сравнивайте
всех мужчин с вашим мужем!

Дондык
(улыбаясь)
Или ваш муж святой, Туты-хон?

Тутыхон
(гордо)
А как же!

Дондык
Плохо же вы знаете его! Могу вам сообщить,
что ваш муж изрядный проказник. Сидит рядом
с вами, а посматривает на молоденьких!
Смех.

Тутыхон
А вы что, хотите отбить его?

Дондык
Э, меня не опасайтесь! Если бы я хотела, давно
отбила бы. Но есть другие, которые сумеют это сделать.

Тутыхон
(встревожена)
На кого вы намекаете, Дондык?

Дондык
(смеясь)
Хурриятхон, теперь в правлении вы будете работать
вместе с ее мужем, Аббасханом. Не проучить ли вам
ради потехи эту гордячку Тутыхон?
Смеются.

Огулхон
Э, прекрати свои шутки, Дондык!
Видишь, Тутыхон уже побледнела!
Смех.

Тутыхон
(обиженно)
Вай, что же это такое?
Неужели я стала посмешищем для вас?

Хуррият
(смеясь)
Не обращайте внимания. Вы же знаете, они любят пошутить.

Тутыхон
Шутка тоже должна иметь границы.

Хуррият
Не обижайтесь. А что касается Аббас-хана,
он в самом деле очень приятный мужчина.

Дондык
Началось!
Смех.

Хуррият
(серьезно)
Довольно, хватит шуток!

Зухра
(сердито)
Я же сказала, все они одинаково хороши!

Хуррият
(смеясь)
Да что с вами, Зухрахон?
Или сегодня вы встали с левой ноги?

Дондык
(смеясь)
Не иначе как поругалась со своим благоверным!

Хуррият
Не забывайте, ведь мужчины — это наши отцы, братья,
сыновья, мужья... Разве можно бранить их огульно?

Зухра
А что вы скажете насчет Касыма-ака?
По-вашему, он тоже заслуживает оправдания?

Хуррият
И Касым-ака, в сущности, неплохой человек.
Только у него немного дурной характер.
А вообще мужчин надо уважать!

Зухра
Даже если они не уважают нас?!

Тутыхон
Вай, почему вы думаете, что они не уважают?

Зухра
А если уважают, то почему не несут груз наравне с нами?
Почему вся тяжесть домашнего хозяйства на наших плечах?
Кто готовит пищу? Мы! Кто стирает белье? Мы!
Кто убирает в доме? Мы! Кто ухаживает за детьми? Мы!
Ну?!

Огулхон
А в поле? Самая тяжелая работа — нам!
Начиная с рытья зауров, кончая сбором хлопка!

Зухра
Правильно!
В самое горячее время увидите вы в поле мужчину? Нет!

Огулхон
Бывает, но очень редко!

Зухра
Да, и в жару, и в дождь в поле по-настоящему
работают только женщины! Да если бы мужчины
уважали нас, они работали бы, а не прохлаждались
бы в тени, не устраивали в чайханах пирушки с песнями!

Огулхон
Что и говорить, у нас в колхозе развелось слишком
много любителей прохлады. И все они ищут работу
полегче, а пищу пожирнее... Один чайханщик, другой
кладовщик, третий в магазине продавцом, а четвертый —
в правлении!

Тутыхон
(испугавшись)
Вай!

Огулхон
По-моему, всех их нужно погнать в поле!

Зухра
Начиная с Касыма-ака, всех до единого!
Да-да, всех, всех!

Хуррият
Думаете, они пойдут?

Огулхон
Надо заставить!
Пусть эти лодыри тоже попотеют как следует!

Хуррият
Я не могу согласиться с тем, что вы тут наговорили
о мужчинах. Но заставить их работать в поле...
Это правильно... Это надо сделать!..

Огулхон
Ну вот и начни делать хоть то, что правильно.

Зухра
Да, председатель, бери мужчин в работу, бери!

Хуррият
Трудно будет...

Огулхон
Если их не взнуздать сразу, потом их уже не объездить!
Куй железо, пока горячо!

Зухра
Да-да, куй железо, пока горячо!

Занавес

Продолжение - Скачать

Просмотров: 2961

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить