Ходжиакбар Шайхов. Профессор Жавхари (рассказ)

Категория: Узбекская современная проза Опубликовано: 14.09.2012

Ходжиакбар Шайхов (1945-2002)

ПРОФЕССОР ЖАВХАРИ

«Жавхари — убийца!» — такие заголовки в тот день запестрели во многих газетах.
«Известный ташкентский космонавт — профессор Жавхари, возвращаясь из очередного космического рейса, прямо в пути выстрелил в своего молодого коллегу, космонавта Али Эшбаева!»
«На вопросы о причине, побудившей к преступлению, профессор ответил коротко:
— Я готов предстать перед международным судом... Али Эшбаев виновен в страшном злодеянии!»
Самосуд — в XXXIII веке?!»

...Сообщение о предстоящем суде взволновало многих. Профессора космохимии Жавхари любили и уважали. Когда ему было еще девятнадцать, во время первого космического полета он совершил подвиг и был награжден. С тех пор, многие годы посвятив космохимии, он прославился и научными открытиями. Не верилось, чтобы такой человек мог поднять руку на товарища, убить человека. Что же такое сделал молодой космонавт?

Большой зал международного суда был переполнен. Те, кто не смог попасть в зал, сидели у домашних видеофонов. В зале царила тишина, ставшая особенно ощутимой после того, как на сцену вышли профессор Жавхари и судейская коллегия. Жавхари выглядел постар-ше всех, его стройная, высокая фигура в сером пуловере была чуть, согнута. Чувствовалось, что смерть молодого космонавта потрясла его. И все же, когда, изложив суть дела, председатель суда обратился к Жавхари с традиционным вопросом: «Признаете ли вы себя виновным в убийстве космонавта Али Эшбаева?», в голосе его прозвучала неожиданная твердость:
— Да, признаю. Но каждый честный человек, нахо« дись он вместе с нами, вряд ли смог бы выдержать...
— Мы ждем от вас объяснения!
Профессор выступил вперед. Слегка побледнев от волнения, он начал рассказ...
Межзвездный корабль «Электрон» совершил посадку на маленькой планете, затерянной в необозримых просторах Вселенной. Космонавты знали — здесь есть жизнь, но, выйдя из корабля, Али Эшбаев удивленно присвистнул: редко приходилось видеть такое разнообразие красок, такое богатство растений. Алые, желтые, нежно-лиловые верески, кусты с тончайшими, извивающимися листьями, нежные облака крон, казалось, плывущие в лучах голубого света,— все вместе это создавало незабываемую картину.
— Профессор, посмотрите! — крикнул он.— Здесь видны следы животных. А вон там озеро. Неужели вода? Хотелось бы попить такой, какая в нашем родном кишлаке— там всемирно известный родник.
— Сейчас оборудуем базу — пожалуйста, иди на разведку,— ответил, выходя из корабля, Жавхари. Он тоже остановился, ослепленный небывалой красотой.— Удивительная природа! — только и произнес он.
— За восемь месяцев мы узнаем ее! — Али прошелся по мягкому голубоватому мху.— Хорошо, что ее путь совпадаете нашим!
Космонавты не сразу приступили к работам, словно сам воздух — мягкий, томительно нежный, располагал к лени. Наконец они взялись за устройство базы. Из корабля вынесены были щиты разборного домика, установлены приборы. Прежде чем двигаться в путь, космо-навты должны были провести дополнительные наблюдения. Путь к одной из больших планет, богатых иридием, был еще не изучен, к тому же пребывание на планетке должно было сэкономить горючее, поскольку его орбита совпадала с курсом, по которому должен был двигаться «Электрон».
После того, как был установлен домик, Жавхари решил прилечь. Он чувствовал себя усталым. Сказывались возраст, напряженная научная работа, которой он занимался в последний год особенно неистово, словно пытаясь обогнать годы. Али Эшбаев облачился в легкий дорожный скафандр, достал газерный пистолет.
— Этой штукой надо пользоваться очень осторожно, дорогой Али,— заметил профессор.— Только в случае явной опасности. И такой, от которой заведомо не спасет ваш стайерский бег.
— Все будет в порядке, профессор!
Насвистывая, Али отправился в путь. Он шел осторожной, кошачьей походкой человека, осознающего опасность и готового к ней. Эшбаев совсем недавно окончил Академию космонавта, и он хорошо помнил предостережения преподавателей, большинство из которых были опытными космонавтами и видели на своем веку немало самых разных неожиданностей. Но из многих рассказов Али усвоил и другое: выживает только храбрый, только сильный или хитроумный! Потому забота профессора Жавхари о сохранении животного и растительного мира на планетах, забота, которая проскальзывала в каждом слове профессора, казалась Али пре-увеличенной. И он был полон решимости поближе познакомиться с обитателями таинственной планеты, куда до сих пор забирались лишь единицы.
Вот почему, увидев возле огромного, похожего на земной дуб дерева стайку существ, отдаленно напоминающих крыс, Али, не задумываясь, вытащил газерный пистолет. Уже стреляя, он заметил, как к крысам подбирается странное существо с туловищем лйсицы и короткими клинковыми рогами, как у барана. Существо метнулось в сторону, но, наклоняясь над «крысами», Али видел сквозь голубовато-желтую листву неподвижно блестевшие глаза, которые, казалось, только ждали, пока человек уйдет.
— Что, дружище, я заготовил тебе порядочно добычи? — посмеивался Али, наблюдая за «бараном».
Он внимательно рассмотрел «крыс». Покрытые рыжим пушком, красиво блестевшим под лучами голубого светила, они оказались более похожими на ондатр. Удовлетворив любопытство, Али весело зашагал дальше. Оглянувшись через некоторое время, он увидел, как «баран» жадно пожирает добычу.
«Не отравится ли он?» — подумал Али, но через минуту забыл обо всем, увлеченный игрой света на огромных лианах. _
Шаг за шагом он открывал на стероиде все новые и новые достоинства. Вода в озере, к которому он подошел спустя некоторое время, была отменной: холодная, кристально чистая, она утоляла жажду уже после нескольких глотков. Али, утомленный, возвращался в лагерь в полном восторге от всего увиденного.
— Ну, как первая прогулка? — спросил его профессор.
— Прекрасно! — искренне ответил Али.
О «крысах», убитых им лазерным пистолетом, он промолчал. Да и к чему было рассказывать Жавхари об этом пустяке?
Второй раз Али нарушил запрет профессора уже перед самым отъездом.
Придя утром на озеро, чтобы, как обычно, выкупаться перед работой, Али неожиданно увидел там несколько существ, похожих на дельфинов. Они резвились, подпрыгивая высоко в воздух, издавая мелодичные, похожие на звуки флейты, крики. Наверное, увлеченные танцем, они забыли обо всем, и Али удалось подойти к берегу незамеченным.
«Как это я ни разу не заметил их здесь? — подумал он с неожиданной досадой.— Значит, они так ловко прятались, что могли и вовсе остаться незамеченными?»
Рука его как бы сама собой потянулась к пистолету...
Голубые воды озера окрасились кровью. Наблюдая, как жадно бросились к убитой рыбе остальные, юноша вздрогнул. Недоброе предчувствие овладело им. Но он тут же постарался отогнать его от себя. Разве в природе ежедневно не происходит подобного — сильный пожирает более слабого? А если рыба отравлена газерным излучением, то здешняя природа достаточно сильна, чтобы справиться с отравой. Разве не так?
Он еще раз оглядел холмы, ослепительно сияющее озеро... Все было так, как и обычно. Но внезапно Али Эшбаеву стало холодно: показалось ему или впрямь поредела небольшая рощица возле огромного валуна? И там, за дальним холмом; не наклонилось ли уже почти безжизненное дерево к земле — то сакое могучее дерево, которым он любовался, приходя сюда каждое утро?
Он поспешно ушел к домику. И опять ничего не сказал профессору Жавхари...
А вскоре «Электрон» взвился ввысь, оставляя пла- нетку далеко в стороне. В последний раз глядя в иллюминатор на шар, медленно уплывающий вдаль, профессор Жавхари заметил:
— Здесь можно ожидать и появления разумных существ. Редко встретишь такое великолепное сочетание природных условий!
Али ничего не ответил. Он занимался наблюдениями, и почему-то ему не хотелось глядеть на маленькую планету, где прошли такие тихие и вместе с тем прекрасные дни работы и отдыха, когда он часами лежал, глядя в синее-синее небо, по которому медленно плыло голубое светило — ласковое, теплое...
Через три года «Электрон», возвращаясь на Землю, вновь сделал остановку на планетке.
Когда профессор вышел из корабля, он невольно отшатнулся: безжизненная серая пустыня простиралась до самого горизонта, и только черные унылые барханы медленно струились измельченным песком, больше похожим на пыль... Нигде не было видно ни дерева, ни кустика; только у самого днища корабля профессор заметил клочки того же, как пустыня, серого сухого мха.
— Что это? — невольно воскликнул он.
Али вышел вторым. Он замер, глядя вперед, потом невольно отступил, словно желая скрыться, исчезнуть где-нибудь подальше от профессора, от его полного смятения голоса.
Жавхари заметил поспешное движение своего молодого коллеги. Он встрепенулся, поспешил вслед за Али в рубку корабля.
— Скажите правду — вы применяли оружие на планетке?
Взгляд Жавхари мог выдержать не каждый. Эшбаев отвел глаза, побледнел.
В самом деле — не зря его предупреждали о страшных последствиях применения лазерного луча. Но ведь на других планетах это не вызывало нарушения экологического равновесия. Почему же такое случилось здесь, да еще в его первый космический вылет? Слов для оправдания не было. Страшная болезнь, поразившая «барана», который съел отравленных «крыс», вызвала эпидемию среди животного мира. Эпидемия оказалась смертельной и для прекрасной природы планетки...
Он хотел раскаяться, но язык не повиновался ему. И вместо жалких, смиренных слов Али с ужасом услышал свой голос, в котором звучали заносчивые, петушиные нотки:
— Подумаешь, планетка! Если вы об этом никому не расскажете на земле, никто и не узнает!
У Жавхари потемнело в глазах. Не помня себя, он закричал во всю силу голоса:
— Вы понимаете, что наделали?! Вы убили планету! Планету!!!
Али готов был расплакаться. Но какая-то злая, упрямая сила выдавила из него:
— Ну и что?
Это были его последние слова. Жавхари метнулся к кабину, схватил пистолет.
И только увидев, как медленно стал падать на пол рубки Али Эшбаев, Жавхари пришел в себя...
Когда он закончил рассказ, люди, собравшиеся в зале суда, некоторое время молчали. Потом в зале возник легкий шум. Каждый думал о том, как поступил бы он в подобной ситуации.
— Коллегия Международного суда уходит на совещание! — громко сказал председатель.
Члены коллегии встали и торжественно направились в отдельную комнату, стараясь не смотреть на людей в зале, которые как будто сжались в тяжелом, мучительном ожидании...

Перевод Г. Прашкевича

Просмотров: 4704

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить