Худайберды Тухтабаев. Волшебная шапка (повесть)

Категория: Узбекская современная проза Опубликовано: 06.09.2012

Худайберды Тухтабаев (1932)

ВОЛШЕБНАЯ ШАПКА

Повесть

Жил был на свете мальчик по имени Хашим Не желал он учиться, помогать матери по хозяйству, обижал сестрёнок и соседских мальчишек. Но вот однажды в руки этого лентяя и бесшабашного разгильдяя попала сказочная волшебная шапка, которая могла исполнить любое желание хозяина. Преисполненный уверенности в том, что с помощью чудесной шапки он совершит множество героических поступков и прославится на весь мир, Хашимджан отправляется странствовать по свету. И каких только испытаний, каких приключений – опасных и благородных, смешных и трогательных – не произошло с ним, пока он наконец понял, что без труда, без знаний, человек ничего не добьётся.
Молодой узбекский писатель Худайберды Тухтабаев живёт и работает в Ташкенте. Он пишет книги, статьи и фельетоны.
По профессии и по образованию Худайберды Тухтабаев – учитель. Именно поэтому, наверное, герои большинства его книг – дети, и он умеет рассказать о них живо и занимательно.
Повесть «Волшебная шапка» – первая книга писателя, переведённая на русский язык. Хочется верить, что она доставит читателям немало радостных и весёлых минут.
Повесть – сказка, удостоена премии на Всесоюзном конкурсе на лучшую детскую книгу в 1970 г.

Часть первая. СТРАНСТВИЯ БЕДНОГО ДВОЕЧНИКА.

ТЯЖЁЛЫЙ ДЕНЬ ПЕРЕД ЧУДОМ


Всё началось с того, что мама выгнала меня из дома. Но начну по порядку.
Зовут меня Хашимом. Если хотите обращаться ко мне ласково и почтительно, можете называть Хашимджаном, я не против.
Итак, Хашимджан Кузыев – сын знатного механизатора Кузыбая. Папа мой сейчас работает в Мирзачуле, целину поднимает. Домой приезжает редко, зато всегда привозит много подарков. Лучшие, конечно, достаются мне.
Мама у меня тоже знатная. Она доярка на ферме, что в трёхстах шагах от нашего дома. У неё там двадцать четыре коровы. И все рекордсменки. А за то, что они стали рекордсменками, мама медаль получила. Хорошую такую медаль, блестящую. Я приколол её к рубашке и сходил на базар за луком и морковью. Все мальчишки завидовали, толпой шли за мной. Всё просили дать потрогать. И в школу с медалью отправился. Но об этом я очень пожалел. Не прошло и двух уроков, директор вызвал меня к себе и давай стыдить:
– Ты зачем носишь чужую медаль, Хашим Кузыев? Сними сейчас же. Это награда за доблестный труд, её надо самому заработать!
Так и сказал: «чужую медаль». Будто родная мама чужая мне.
Сестрёнка моя, Айшахон, учится в четвёртом классе. Она у нас умница, И старательная девочка. Моет посуду, помогает маме постирать, подмести двор. И поэтому, наверно, мама всегда говорит: «Ах, умница, ах, ненаглядная!» Я тоже люблю Айшахон. Ведь она здорово выручает меня этим… своим трудолюбием.
Младшую сестрёнку зовут Донохон. В этом году она пошла в первый класс. Мама уверена, что она станет доктором. Я думаю, мама ошибается. Потому что Донохон трусиха. Уколов боится. И таблеток тоже. Заметила однажды в коридоре школьную буфетчицу в белом халате, подумала, что это врач, выскочила в окно и убежала! А так вообще и она ничего девчонка.
О себе скажу немного: не люблю хвастаться. Учусь в шестом классе, иногда получаю пятёрки, иногда – двойки, смотря как повезёт. А мальчик я способный и умный. Не мозолю старшим глаза, не гоняю собак целыми днями на улице, как другие. Приду из школы, перекушу и айда на пустырь в футбол играть. Пусть сколько угодно кличут – не найдут. Но если всё таки застанут врасплох и дадут работу, тут уж сумей выкрутиться. А я это умею.
– Хашим! – бывает, зовёт мама.
– Да, мамочка? – с готовностью отзываюсь я.
– Заберись ка на крышу и сбрось немного дров.
На плоской крыше нашего дома сложены дрова.
– Сейчас, мамочка!
Не спеша достаю лестницу, приставляю к крыше, а потом кричу:
– Айша! Эй, Айшахон!
– Да, брат? – подбегает она ко мне.
– Заберись ка на крышу и сбрось немного дров. Да побыстрее, – командую небрежно.
– Сейчас, – с готовностью отвечает сестрица. Она ведь умная, понимает, что брату не понравится, если ему откажут. Старается всегда быть вежливой и сделать всё, что прикажет брат, то есть я. Иногда, конечно, заупрямится. Не без того. Тогда я её воспитываю. Втолковываю, что я старший брат, а младшие должны слушаться старших. Кулаков в ход не пускаю, даю только слабенькие щелчки, а случается, и тумака влеплю. И сестрёнка тотчас берётся за работу. И я тогда её похваливаю:
– Молодец, Айшахон, умница моя ненаглядная! Никогда не забывай, что мы должны помогать маме. У неё и так много забот.
Говорю, а сам похлопываю прутиком по голенищу сапога, как это делает дядя Сираджиддин. Он у нас в колхозе зав фермой. На работу приходит очень рано. Придя, сразу собирает людей, именно так похлопывает прутиком по голенищу сапога и отдаёт распоряжения:
– Ты, Халмухаммед, вывезешь навоз. Ты, Карим, сдай молоко в приёмный пункт. А ты, Эшмат Сагдуллаев, выгони коров на пастбище.
Халмухаммед прикладывает руку к сердцу и кидается к навозной куче. Карим ака поспешно грузит бидоны с молоком на автоприцеп. Эшмат нетерпеливо размахивает бичом, а дядя Сираджиддин отправляется куда захочет.
Вот на какую работу я пойду, когда вырасту большим. Ты гуляешь, а другие работают. Не жизнь, а мечта! На меня пока что работают только двое: Айшахон и Ариф. Небольшая, конечно, бригада – не похвалишься!
Да, чуть не забыл. Ариф – это мой друг. Мы с ним в одном классе учимся, за одной партой сидим. Сам он маленького росточка, но голова у него не меньше десятиведёрного самовара. И, похоже, самовар этот до краёв наполнен умом. Задачки Ариф решает, будто орехи щёлкает.
Но и я не лыком шит. Он решает, а я списываю. За какие то пять минут успеваю всё перекатать.
Вот как это бывает: за два часа до школы (мы учимся во вторую смену) выхожу на улицу и зову Арифа.
– Чего тебе? – угрюмо отзывается он.
– Идём ко мне уроки делать! – кричу я изо всей мочи. Стараюсь, чтобы мама меня услыхала. Ариф отказывается.
– Я дом караулю, – отвечает он. – Сам иди, если нужно. Хватаю портфель и бегу к Арифу. Мама думает, что мы сидим уроки делаем. А я уже через пять – десять минут на пустыре. Здесь всегда найдёшь, с кем мячик погонять. В командах постоянно не хватает игроков – пожалуйста, пристраивайся к любой.
Сегодня я тоже собирался улизнуть. Но только было раскрыл рот, чтобы кликнуть Арифа, позвала мама:
– Хашим, ты покормил кур?
Это я ещё утром должен был сделать. Совсем выскочило из головы.
– А? – сказал я, чтобы оттянуть время, и отступил назад. Надо подальше держаться, чтобы случайно подзатыльник не получить.
– Оглох, что ли? Я спрашиваю: куры кормлены?
– А чего их кормить, тунеядцев? Пусть сами себя кормят!
– О, горе моё, ты и не поил их?
– Да они никогда не пьют! Клюют только… Мама сорвала прут и кинулась ко мне. Я дал три круга по двору, потом выскочил за ворота.
– Всю неделю не поил, не кормил! – заорал я уже с улицы. – Не люблю их, потому что курица – не птица!
– Ну погоди, негодный мальчишка, я ещё тебе задам! – пообещала мама, размахивая прутом.
Ну и пусть задаст. Это ведь потом, а сейчас я на свободе. Но радости почему то нет. Вчера я тоже кое что натворил, но, на счастье, пронесло. Не наказали. А сегодня, пожалуй, здорово влетит…
Ну что бы вы отвечали, если к вам вечно приставали с одним и тем же вопросом: «Какую ты сегодня отметку получил, сынок?» Я лично не долго раздумываю:
– Пять, мамочка, пять!
– Молодец, сынок! Вот обрадовал маму! Можешь пойти погулять…
Но ведь какие они, взрослые, сами знаете. Сегодня добрые, а завтра нет. Вначале только спрашивают про отметки, а потом вдруг говорят: «Принеси ка сюда дневник, сынок».
И тогда уж сердце останавливается, и не знаешь, что ответить.
– Дай ка мне дневник, – сказала вчера мама.
– Дневник забрала учительница, – соврал я не задумываясь.
– Понятно. А ну дай сюда портфель. Что мне оставалось делать? Отдал.
– Это сколько? – ткнула мама пальцем в дневник, словно не узнавала цифру, стоявшую там. Не смешно разве? Она же имеет среднее образование!
– Ну, двойка…
– А это?
– Тройка. Видно ведь… Вчера получил.
– Негодный мальчишка! Почему же ты мне лгал? Но посудите сами, разве я лгал, когда говорил, что получил пятёрку? Ведь даже Донохон знает: если к двум прибавить три, получится пять. Я попытался объяснить маме эту арифметику, но она и слушать не захотела.
– Вот как, значит! – сказала мама, оглядываясь по сторонам. Наверно, искала прут или кочергу – она и её уже раза два пускала в ход.
– Вот так, значит… – И, не дожидаясь, пока мама бросится ко мне, выскочил на улицу. Чего чего, а уж по прыжкам в длину у меня честная пятёрка. Физкультуру я люблю.
И она всегда спасает меня.
Всё это было вчера. Но вот и сегодня не обошлось без неприятностей. Просто обидно. И жалко себя до слёз.
Из калитки высунулся носик любопытствующей сестрёнки.
– Принеси мой портфель, Донохон, – попросил я.
Пошёл к Арифу. Мне даже неприятности не помеха.
– Его нет дома, – сказала мама моего друга. И надо же, чтобы именно сегодня не сиделось дома большеголовому! Ведь по трём предметам на дом уроки задали. Ну погоди, Арифчик, дождёшься у меня – рад не будешь!
В школе ещё никого не было. На дверях мастерской висел замок, на баскетбольной площадке возилась малышня. Возле учительской стоял велосипед Атаджана Азизовича, нашего директора. «Нет худа без добра!» – подумал я. Давно собирался написать заявление директору. Сейчас, значит, самое время.
Зашёл в пустой класс и сел за работу.

Прожолжение - PDF | HTM

Просмотров: 8058

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить